Пятницкая улица возникла первоначально из одной из немногих старомосковских дорог на юг — в Рязань, Тулу, Серпухов. Она была проложена в Замоскворечье в ту пору, когда эта местность еще была покрыта лесами, доходившими до берега Москвы-реки. И сегодня, несмотря на относительную узость проезжей части и одностороннее движение, она остается важной транспортной магистралью в исторической, заповедной части Москвы. Будучи первоначально большой и оживленной торговой дорогой, Пятницкая превратилась затем в торговую улицу. Примечательно, что такую черту своей социально-экономической функции улица сохранила на протяжении многих веков и донесла ее до наших дней.

Происхождение названия

Название Пятницкой улицы происходит от названия придела Параскевы Пятницы в церкви, некогда расположенной там, где теперь находится наземный вестибюль станции метро «Новокузнецкая».
Великомученицу Параскеву («параскева» — по-гречески означает «пятница») весьма почитали в православной Руси. Считается, что эта святая покровительствует торговым людям и предпринимателям, поэтому храмы и часовни в ее честь часто ставили у больших дорог, подле рынков, лавок, на бойких торговых улицах (другая не менее известная и ныне тоже не существующая церковь в честь святой Параскевы располагалась в Охотном ряду).
В 1922 году сфабриковали дело и расстреляли пятницкого настоятеля и благочинного всех замоскворецких церквей отца Александра (Заозерского), а затем уничтожили саму Пятницу — Генплан 1935 года предусматривал на её месте пробиваемый участок Бульварного кольца. Кольцо, между тем, так и не замкнули, но храм действительно снесли, и в 1943 году на Пятницкой, 23 вырос вестибюль «Новокузнецкой».

Рядом с вестибюлем метро стоит очень необычный, современный фонтан. Ядром композиции является скульптурная группа «Адам и Ева под райским деревом». Скульптура возвышается в центре водной чаши, вырубленной в квадратной площадке со ступенчатым водным каскадом. Фонтан "Адам и Ева" был открыт к 860-летию Москвы.

Около метро и у памятника-фонтана сидят отдыхающие, рядом бегают местные псы.

Пятницкая — одна из интереснейших и древнейших улиц современной Москвы и Замоскворечья. Несмотря на относительную узость проезжей части и одностороннее движение, она остается важной транспортной магистралью в исторической, заповедной части Москвы. Будучи первоначально большой и оживленной торговой дорогой, Пятницкая превратилась затем в торговую улицу. Примечательно, что такую черту своей социально-экономической функции улица сохранила на протяжении многих веков и донесла ее до наших дней. Об этом можно судить, например, и по старинным путеводителям.
Один из них — известная книга «По Москве: Прогулки по Москве и ее художественным и просветительным учреждениям» под редакцией Н. А. Гейнике и др. — была издана в начале XX века. Вот какие характерные эпитеты употреблены ее составителями в отношении Пятницкой улицы: «Пятницкая — бойкая, шумная, несколько грязноватая торговая артерия Замоскворечья». Пройдитесь сегодня по Пятницкой с ее обилием магазинов и лавочек — вы убедитесь, что торговый характер этой улицей сохранен и до самого конца двадцатого столетия.

И еще немного об истории той части Москвы, которую исстари называют Замоскворечьем. Откроем книжку Ю. А. Федосюка «Москва в кольце Садовых»:
«Эта заречная низменная местность часто заливалась паводковыми потоками. С юга по ней устремлялись к Кремлю орды кочевников, уничтожая все на своем пути огнем и мечом. Но Замоскворечье упорно заселялось и застраивалось, словно назло и воде и пламени».
Разумеется, богатые люди находили места для жилья понадежнее, а здесь поначалу в курных избах и лачугах обитали люди зависимые, холопы и смерды. Однако с укреплением централизованного Русского государства Замоскворечье стало застраиваться все основательней и плотнее. Кроме полунищих крестьян там стали селиться торговцы и ремесленники: привлекала близость оживленной торговой дороги на Серпухов и Тулу. Особенно же авторитет Замоскворечья укрепился после того, как Иван Грозный расселил в нем стрелецкое войско — надежный оплот и щит Московского государства.

Вокруг стрелецких дворов с их прочными избами и большими огородами ширились ремесленные слободы — кадашей (бочаров), кузнецов, кожевников, бойко шла торговля с югом, особенно после падения Золотой Орды. Появились крепкие каменные церкви, одна из них получила имя Параскевы Пятницы, откуда и пошло название Пятницкой улицы.

Сын Ивана Грозного Федор в 1591 году повелел окружить Москву 14-верстным земляным валом; наконец-то и Замоскворечье получило прикрытие от нашествий иноземных врагов. В XVII веке, после освободительной войны с польско-шведскими интервентами, непосредственно коснувшейся и Замоскворечья, роль и влияние здешних ремесленников, торговцев, крестьян в делах Москвы и всего государства заметно усилились. Они принимают активное участие в стихийных восстаниях (Медный и Соляной бунты).

В XVIII веке на первое место в Замоскворечье выходит купечество, строившее здесь богатые дворы, амбары, лабазы, а затем и фабрики. Этого обжитого района не чуждается и служивое дворянство, украсившее его своими пышными палатами и красивыми особняками. Почти все барские владения в следующем веке переходят в руки купцов. Многие черты жизни московского купечества известны нам по произведениям драматурга А. Н. Островского.

Православные храмы становились приметой той или иной московской местности, ее важной отличительной чертой. Вполне закономерно, что улицы и переулки в этих местах получали свои наименования по церквам. Именно так возник и топоним Пятницкая улица. Однако сразу уточним: главный престол церкви был освящен во имя Святой Троицы, в честь же св. великомученицы Параскевы Пятницы — лишь придел этого храма. Несмотря на это, улица была названа Пятницкой.

Примеры подобного рода, связанные с особым почитанием святых, в честь которых освящались приделы в православных храмах, знает топонимия разных русских городов, и московская топонимия в частности. Пятницкая улица, названная по пределу св. Параскевы Пятницы, — вовсе не исключение. Так, например, известная московская улица Якиманка, была названа тоже по приделу храма — в честь праведных Иоакима и Анны при церкви Благовещения: два имени слились в устной речи в одно и превратились в слово Якиманка. Иоаким и Анна — отец и мать Пресвятой Девы Марии.

Пятницкой церкви (придела), по которой была названа Пятницкая улица, сейчас не существует. Здание это стояло там, где ныне находится наземный вестибюль станции метро «Новокузнецкая». Пятницким назывался лишь придел церкви св. Троицы, чаще именовавшийся в речи Пятницкой. Церковь исстари пользовалась особым уважением у москвичей, поскольку в ней хранилась чудотворная «явленная» икона. Первоначально храм был деревянным, в летописи он упоминается еще в 1564 году в связи с известием о пожаре Москвы. Согласно «строельным» книгам, в 1657 году церковь Параскевы Пятницы уже была каменной.

В 1739 году на пожертвования богатых прихожан, купцов Гаврилы и Романа Журавлевых, было начато строительство нового каменного храма, успешно завершившееся спустя три года. Церковь Параскевы Пятницы стала выдающимся произведением русской архитектуры середины XVIII века. В ней был удивительной резьбы, известный всей Москве деревянный иконостас. В «Новом путеводителе по Москве» 1833 года об этой церкви написаны такие строки: «И в сей храм невозможно войти, не почувствовав благоговения, внушаемого не одним святым местом, но также величеством архитектуры и внутренним благолепием храма».

Минуло всего сто лет... В России настали жестокие времена. В 1934 году по решению городских властей храм Параскевы Пятницы был уничтожен — в ходе борьбы с православной верой и в соответствии в новым Генпланом Москвы и идеями, так и не реализованными, продолжения Бульварного кольца по территории Замоскворечья. Через десять лет, в 1944 году, на образовавшемся пустыре был возведен вестибюль станции метро «Новокузнецкая».

Тот факт, что даже в столице старые московские топонимы в сознании современных жителей все чаще утрачивают «прозрачность», утрачивают связь с истинными мотивами своего возникновения, к большому сожалению, и очевиден, и достаточно известен. Тем не менее все же поражают результаты блиц-опроса 95 жителей Замоскворечья (выборка носила, разумеется, случайный характер, в том числе и по социальным параметрам, и по возрастным данным). Лишь 8 человек назвали верную этимологию топонима Пятницкая улица — «по церкви св. великомученицы Параскевы Пятницы», «по Пятницкой церкви».

Трое смогли что-либо сказать о Параскеве Пятнице. Двадцать четыре человека из опрошенных более или менее уверенно связали топоним с нарицательным существительным пятница («пятый день недели»). Сразу замечу, что производное от пятница («день недели») — пятничный, а вовсе не пятницкий, на что при опросе обратили внимание лишь два человека. Двадцать шесть человек на вопрос о происхождении и мотивировке топонима предположили, что имя улицы носит мемориальный характер: «Дано в честь человека по фамилии Пятницкий». Характерно, что в качестве возможного владельца фамилии, чья память таким образом могла быть увековечена, более половины из этих 26 человек уверенно назвали известного собирателя русских народных песен и основателя в 1910 году Русского народного хора, с 1927 года носящего его имя — Митрофана Пятницкого.

Занятно и то, что один из отвечавших не менее уверенно назвал известного революционера Иосифа Пятницкого, репрессированного Сталиным. Еще два человека связали топоним Пятницкая улица с известным в Москве Пятницким кладбищем, хотя один из них и знал, что Пятницкое кладбище расположено на противоположном конце Москвы, близ Рижского вокзала и Рижской площади, бывшей Крестовской заставы. Характерно, что Пятницкое кладбище было поименовано абсолютно так же, как и Пятницкая улица — по приделу св. Параскевы Пятницы церкви св. Троицы, выстроенной неподалеку от Крестовской заставы в конце XVIII века. Именно в тот период, в 1771 году, во время эпидемии чумы и было заложено кладбище, ныне известное как Пятницкое. К происхождению же названия Пятницкой улицы оно никакого отношения не имеет.

Святая Параскева Пятница была почитаема в православной Руси. В частности она покровительствовала путешествующим, в связи с чем храмы в ее честь или небольшие часовни очень часто строили у больших и важных дорог. Считается, что сам образ Параскевы Пятницы уходит корнями в распространенный у восточных славян в древности образ божества Мокошь — покровительницы скотоводства, богини ветров и воды, бабьего хозяйства и брака (Мокошь было эпитетом Лады). Пятница также — особо почитаемый день у христиан. Вот что написано об этом в двухтомном «Полном православном богословском энциклопедическом словаре»: «Пятница почитается с первых веков христианства, как день крестных страданий Господа Иисуса Христа.

Память великомученицы Параскевы Пятницы, жившей в III веке, Православная церковь празднует поздней осенью — 28 октября по старому стилю (10 ноября по новому стилю). Наверняка вы много слышали о народном календаре. Так вот, Параскеву (или Прасковею) Пятницу очень часто называли грязниха и порошиха — из-за особенностей погоды в эту пору года: «... На Параскеву Пятницу большая грязь. ... Параскева Пятница — четыре седмицы до зимы. ... Семь погод на дворе — сеет, веет, кружит, мутит, ревет, сверху льет, снизу метет». Вот она какая, Параскева Пятница, по приметам русского народного календаря. Однако и эти, уже весьма далекие от религиозных реалий, представления наших предков, вряд ли знакомы нынешнему москвичу, даже живущему на Пятницкой улице. Да и только ли москвичу? Исчезают с этими представлениями и интересные, образные русские выражения, речения.

Из церковнославянского Параскева возникла и некогда распространенная в России народная форма этого женского имени — Прасковья. Вообще-то имя это по происхождению действительно греческое, слово paraskeue означало «приготовление, подготовка, канун праздника, Пятница». Ошибки тут нет — именно «канун», поскольку праздником у древних евреев была суббота. Своеобразными аналогами русской Прасковьи были болгарское имя Петка («Пятница») и латинское Венера, поскольку день недели пятница у многих народов посвящался планете Венере.

Понятно, что в словаре пятница содержится корень пять, поскольку пятница — это пятый день недели, ничего неожиданного тут нет. А вот знаете ли вы, что слова пять и пунш (напиток) — близкие родственники? Дело в том, что некоторые слова в не родственных индоевропейских языках на самом деле восходят к одному и тому же древнейшему источнику, например: мать, брат, огонь и другие. Это касается и некоторых числительных, в частности — слова пять. Так вот, слово пунш было заимствовано русским языком в XVIII веке из английского языка, который, в свою очередь, для своего слова punsh взял слово из языка хинди — panca, означавшего «пять». Оказывается, напиток получил имя по количеству компонентов, из которых его готовили. Таких компонентов было пять: ром, лимон, сахар, пряности и вода.

Еще одна интересная лингвистическая история связана с известным русским выражением семь пятниц на неделе. Этот шутливый фразеологизм обычно употребляют тогда, когда хотят сказать о ком-то, что он часто меняет свои решения и мнения. Писатель Владимир Муравьев в своей книге «Московские литературные предания и были» утверждает, что выражение семь пятниц на неделе появилось благодаря московским чиновникам: «Все современники свидетельствуют, что московские бюрократические учреждения XIX века в отличие от петербургских сохраняли патриархальные черты, в них главенствовали не законы и правила, а воля начальства и обычай.

Вернемся к истории Пятницкой улицы. Одной из ее характерных черт было то, что вместе с торговыми людьми здесь селились и стрельцы. В районе современной Пятницкой улицы в XVII веке располагался Стрелецкий приказ полковника Матвея Вишнякова. Память об этом сохранилась в наименовании выходящего на Пятницкую Вишняковского переулка и церкви Св. Троицы в Вишняках.

Св.Папа Римский Климент.

И католики, и православные чтят папу Климента, которого обратил в христианство апостол Петр, считающийся первым папой Римским. С другим ближайшим Христу апостолом Павлом Климент проповедовал среди язычников. Его перу принадлежит "Первое послание Коринфянам", заканчиваемое молитвой. В истории христианской письменности она считается первым образцом подобного рода литературного творчества. Основатели славянской письменности Кирилл и Мефодий принесли мощи Климента, четвертого после Петра папы, в Рим. По одной из версий язычники утопили его в море. Память о Клименте православные празднуют 25 ноября.

Никто не знает, кто и по какому поводу в средние века заложил в Замоскворечье не дошедший до нас храм Климента. А вот почему он стал таким большим в XVIII веке, кто - построил и кому мы обязаны его великолепием - стало более-менее известно, когда нашли на Урале рукописный сборник XVIII века "Сказание о церкви Преображения между Пятницкой и Ордынкой, паки рекомой Климентовской".
В ее приходе, как пишет неизвестный автор, стояли "боярские палаты" графа Римской империи Алексея Петровича Бестужева-Рюмина. Его имя вошло не только в анналы истории, но и в фармацевтические справочники, как автора "бестужевских капель", по латыни - tinctura tonico nervina Bestuscheffi. Граф увлекался химией, но то была его побочная тема. Главная - исполнялась много лет в дипломатии. По долгу службы Бестужев-Рюмин жил постоянно заграницей и в Петербурге, где играл роль вице-канцлера, канцлера - министра иностранных дел. Судьба то возносила его высоко, то опускала до эшафота. Дважды приговаривали графа к смертной казни, дважды после падения его звезда стремительно поднималась к вершинам власти. Первый раз - спасла вельможу, запутавшегося в интригах грязной политики, Елизавета Петровна. В благодарность гвардейцам Преображенского полка, провозгласившим дочь Петра царицей, она повелела возвести в Петербурге храм Преображения с приделом Климента. Переворот случился как раз 25 ноября 1741 года, когда отмечалась память папы Римского.
На радостях Бестужев-Рюмин, прихожанин церкви Климента в Москве, решил воздвигнуть новый храм взамен обветшавшего, дав на благое дело 70 тысяч рублей. Кому он доверил проект? Тому же придворному архитектору, которому поручила заказ Елизавета Петровна. Им был крестник ее отца итальянец Пьетро Трезини, родившийся в Санкт-Петербурге. Столица Петра вечно обязана этой фамилии. Доменико Трезини возвел Летний дворец царя, собор Петропавловской крепости, 12 коллегий. Пьетро Трезини прославился оперным театром в Аничковом дворце, церквями, казенными зданиями Северной Пальмиры. С его именем связан в России завезенный им из Европы, где Пьетро Трезини учился архитектуре, стиль рококо. В переводе на русский рококо означает "узор из камней и раковин", это самый изощренный, самый изысканный, самый пышный, самый причудливый стиль. Крестник Петра первый строил церкви в новом для нас стиле, породнив его с допетровским пятиглавием. Что мы и видим в Замоскворечье на Пятницкой.
В конце царствования Елизаветы Петровны второй раз лишенный всех прав граф жил под Москвой. Он молил Бога о милости и тайком от двора строил Климента. Подставным лицом, как пишут, выступал "коллежский асессор Козьма Матвеев", служивший под началом графа по "иностранной части". Напротив Климента на Пятницкой, 31, он же построил свой дом - двухэтажные палаты. (Его наследниками они переодеты в классический наряд и надстроены этажом.)
Воцарившаяся на престоле Екатерина II спасла Бестужева-Рюмина, вернула ему честное имя и возвела в генерал-фельдмаршалы. Графу, отбывшему ко двору, стало не до Климента, который достроил после его смерти разбогатевший Матвеев.

Так или иначе, а в Замоскворечье стоит с тех пор величественный пятиглавый храм, напоминающий стилем и масштабом соборы Петербурга. На Пятницкой предстают фасады с "узорами из камней и раковин". Здесь видишь, как светский дух пронизал церковную архитектуру. Жаль, что пока не дошли руки до его полной реставрации в наши дни…

Именно на Пятницкой, на стыке с Валовой улицей, была выстроена в самом начале XX века типография известного русского книгоиздателя И. Д. Сытина, ныне — знаменитая Первая Образцовая типография. Это он воплотил в жизнь мечту поэта Некрасова о будущих днях, "когда мужик не Блюхера и не милорда глупого - Белинского и Гоголя с базара понесет".
Всего три копейки за каждую из сотни книг знаменитых русских классиков, тиражи в сотни тысяч экземпляров, - все это дало доступ миллионам простых россиян к шедеврам отечественной литературы, способствовало широкому распространению грамотности. Иван Сытин оснастил свою типографию самыми современными печатными машинами, внедрил цветную печать. В его издательском комплексе имелись автомобильный гараж, автономное энергоснабжение. Служащие жили в отдельном трехэтажном доме. Кстати, в этой типографии какое-то время работал Сергей Есенин.
Чехов писал: "На днях я был у Сытина и знакомился с его делом. Интересно в высшей степени. Это настоящее народное дело. Пожалуй, это единственная в России издательская фирма, где русским духом пахнет и мужика-покупателя не толкают в шею. Сытин умный человек и рассказывает интересно".
Была у Сытина мечта - построить Полиграфический институт и Дом книги, однако революция 1917 года не дала сбыться этим задумкам.

Пятницкая улица связана и с революционными событиями 1905 и 1917 годов. А у части нынешних москвичей топоним Пятницкая улица ассоциируется с понятием «радио», ибо в здании близ выхода из станции метро «Новокузнецкая», где стояла когда-то Пятницкая церковь, располагался бывший Государственный комитет СССР по телевидению и радиовещанию и до сих пор работают радиостанции «Москва», «Юность» и некоторые другие.

Начало свое Пятницкая улица ведет от Водоотводного канала, а если точнее — от Чугунного моста через этот канал. Михаил Лермонтов в одном из вариантов своей ранней поэмы «Сашка» пишет, что герой его живет в Замоскворечье, в начале Пятницкой улицы.
Чугунный мост переброшен через Водоотводный канал. Он соединяет Пятницкую улицу с улицей Балчуг. Мотивировка его названия проста. Мост построен в 1889 году на месте старого, деревянного, созданного еще в 1835 году. Тот первый мост хотя и был сделан из дерева, но перила имел чугунные, за что и получил свое название — Чугунный. Новый мост унаследовал его имя. Ныне же пролетные строения Чугунного моста сделаны из железобетона

Водоотводный канал был проложен в 1783-1786 годах вдоль центральной излучины реки Москвы. Начало свое он берет немного выше Большого Каменного моста и вновь сливается с рекой в районе Шлюзовой набережной. В 1783 году бурное половодье и ледоход повредили опоры Большого Каменного моста, и до того немало пострадавшего от весенних «разгулов» природы и реки. Чтобы осмотреть и отремонтировать этот самый важный мост столицы, было необходимо отвести воду из основного русла реки Москвы. Именно для этого и был сооружен специальный канал, полностью оправдавший свое имя — Водоотводный и достигающий в длину четырех километров (в прошлом веке москвичи называли его еще и по-другому — Канава).

Балчуг — одна из самых старинных московских улиц, возникшая в конце XIV века в местности Балчуг. До проведения Водоотводного канала в этой части Москвы после наводнений долго не просыхала почва. У московского Балчуга был прямой «родственник» в Нижнем Новгороде в районе Нижневолжской набережной; с течением времени он исчез в связи с застройкой города.

Гостиница Балчуг

Источник: http://moskva.dljatebja.ru/Ulicy_Moskvy/Pjatnickaja_ulica.html

Позолота куполов на храмах,
Облик небольших особняков, -
Всё сияет, словно под охраной
Долгих удивительных веков.

Пятницкая улица струится,
Излучая несказанный свет,
Словно бриллиант моей столицы,
Что самой историей воспет!

Стихи эти чрезвычайно точно сравнивают Пятницкую с течением плавной среднерусской реки с ее неспешными поворотами и изгибами, с небольшими притоками переулков, со все новыми открывающимися и - такими неожиданными видами.

Путешествие по этой улице, одной из самых протяженных в Замоскворечье, напоминает плаванье по реке истории Руси = России - века, пролетевшие над ней, наложили на ее "берега" такой отпечаток, что захватывает дух. Появляется ощущение, что вглядываясь в напластования столетий, вы становитесь словно бы причастны к тому, что вершилось здесь, к делам и думам поколений россиян, когда-то живших здесь, любивших, строивших и мечтавших.

Итак, начнем нашу прогулку по Пятницкой улице. Лучше всего начать ее от Чугунного моста, за которым начинается уже улица Балчуг. Отсюда открывается великолепная перспектива с видом на не так уж далекую Красную площадь. Многоцветные купола собора Василия Блаженного выглядят с этой точки словно бы игрушечными, но от этого нисколько не теряющими своей святой величественности. Слева над домами вздымается золотой купол колокольни Ивана Великого, и это уже Кремль…

С угла первого дома на Пятницкой можно увидеть и набережную Водоотводного канала, который был проложен в 1783-1786 годах, когда после невиданного половодья и ледохода были повреждены опоры Большого Каменного моста.

Давно когда-то, за Москвой-рекой,
На Пятницкой у самого канала,
Заросшего негодною травой,
Был дом угольный…

У Чугунного моста - своя история. В свое время он полностью был деревянным, за исключением перил, отлитых из чугуна. В 1889 году дерево заменили камнем, но название за ним сохранилось. По этому мосту скакали в свое время в сторону Серпухова и Тулы государевы фельдъегеря, а еще в незапамятные годы проходили стрелецкие полки и ратники русских князей, отправлявшиеся сражаться с многочисленными ворогами, которых у Руси всегда хватало.

Если уж мы начали нашу экскурсию по Пятницкой от Чугунного моста, то наше внимание обязательно привлечет здание на углу улицы и Овчинниковской набережной. Солидный, основательный дом, некогда принадлежавший заводчику Петру Арсеньевичу Смирнову.

Дом Смирнова

Родившийся в семье крепостных крестьян в деревне Каюрово Ярославской губернии, он был человеком, обладавшим незаурядным умом, энергией и предприимчивостью. Вместе с отцом и братом Яковом после отмены крепостного права переехали они в Москву. Спустя два года они открыли первое заведение по торговле вином. Сначала Петр Арсеньевич служил приказчиком у отца, а потом и сам купил винный погреб, стал купцом третьей гильдии. Но была у него мечта - наладить выпуск по-настоящему качественной водки, а не той сивухи, что подавали в трактирах для низших сословий. Наконец, завод удалось построить, найти собственные технологии, винокурения. Дом на углу Пятницкой стал символом водки "П.А.Смирновъ" на ее этикетке. Этот знаменитый брэнд дошел и до наших дней.
К своему особняку П.А.Смирнов прикупил еще несколько построек, да и в самом доме имелся большой подвал, где можно было хранить готовую продукцию. По давней традиции подвал назывался "ренсковым" - видимо, производное от слов "рейнское вино".
В 1871 году Петр Арсеньевич Смирнов вступил в первую гильдию. Он был богат, состоял в элите московского купечества, имел прекрасный дом, перспективный завод, огромные склады и связи со многими городами страны. Но винная торговля разрасталась. Конкуренты, следуя примеру Смирнова, старались сделать напитки более чистыми, чтобы завоевать рынок качеством, и наступали на пятки. Ему нужно было подтвердить свое первенство теперь уже признанием специалистов, знатоков. Поэтому в 1873 году он решается послать свои напитки на Международную промышленную выставку в Вену, на которой приговор был единогласный: качество отменное, напитки достойны европейского внимания - то есть Почетного диплома и медали участника выставки. Это было первое официальное признание профессионалов. С того, Венского дебюта, началось триумфальное шествие "смирновской" по мировым столицам.
В 1876 году о "смирновской" узнали в Новом Свете на Всемирной промышленной выставке в Филадельфии. Крепкие напитки Петра Смирнова после длительных дегустаций международного жюри были признаны в числе лучших и отмечены за "высокое качество изделий" медалью высшей награды. Это был успех погромче венского! Отныне Большая филадельфийская медаль, как знак победителя, будет украшать этикеты всех смирновских бутылок. По итогам выставки Министерство финансов России в 1877 году удостоило фирму Петра Смирнова высокого отличия, наградив ее Государственным гербом, которое давало право отныне помещать на этикетках российский герб как знак достижений в национальной промышленности. Это был знак гарантированного качества, открывал новые возможности расширения дела. Тот герб дорогого стоил - он разом поставил фирму Смирнова на первое место среди соперников. Теперь он становился признанным лидером водочной промышленности и виноторговли.
Через год - новая победа на Международной выставке в Париже! Две золотые медали - за водки и за вина - во Франции, стране виноделия! Теперь три медали и один Государственный герб украшали этикетки "смирновской".
Парижский успех окончательно закрепил лидерство Петра Смирнова среди производителей спиртного. Выражалось это и в масштабе дела - 280 человек рабочих и продукции произведено на три с лишним миллиона рублей. До революции так никто и не догнал в Москве завод П.А.Смирнова.
В 1882 году впервые за годы своего существования фирма Петра Смирнова приняла участие во Всероссийской промышленно-художественной выставке. Экспозиция завода П.А.Смирнова была невелика, но ассортимент представленных ликеров, настоек, водок поражал воображение. Но эксперты, заседавшие целую неделю, обращали внимание прежде всего на вкус и данные лабораторных исследований, по которым весьма наглядно было видно, кто из винзаводчиков думает о здоровье потребителей, а кто лишь о собственных доходах. По всем показателям лучшим оказался Петр Смирнов.
По итогам выставки Министерство финансов присудило заводу П.А.Смирнова второй Государственный герб. Это была самая солидная и желанная награда - выше нее в отечественной промышленности было только звание Поставщика Императорского Двора. Второй орел открыл путь к этому Олимпу.
Весной 1885 года Петр Смирнов вторично подал прошение Министерству Двора (первое в 1869 году было отклонено), которое было кратким и искренним, а водки и вина уже были известны в Московской Дворцовой Конторе. И в 1886 году, после долгих хождений бумаг по чиновникам, последовало награждение Петра Арсеньевича Смирнова орденом Станислава III степени, который давал право на потомственное почетное гражданство, а вслед за ним долгожданное решение. Царь самолично пожелал, чтобы Смирнов стал поставщиком, что в бумагах и отметил статс-секретарь Петров: "Московскому купцу Петру Смирнову Всемилостивейше пожаловано звание Поставщика Высочайшего Двора. Гатчина, 22 ноября 1886 года". Это был момент наивысшего счастья, к этой заветной цели Петр Смирнов шел многие годы, побеждал конкурентов, получал аплодисменты и медали, но не было главного приза, о котором он мечтал чуть ли не с юности. Вскоре последовал и третий Государственный герб, как подтверждение высокого звания Поставщика царя. "Смирновская" начинала свое триумфальное шествие по планете именно с Пятницкой улицы…

Москву называли городом "сорока сороков", отличающуюся великим множеством церквей и храмов. Малиновый звон их колоколов, потрясающих своим неповторимым и ликующим звучанием, летел над Белокаменной из края в край. Золоченные купола, отражая солнечный свет, были обращены к небу. Помните, у Владимира Высоцкого: "Купола в России крыли чистым золотом, чтобы чаще Господь замечал".

Усекновения Главы Иоанна Предтечи церковь.
Пятницкая улица, 4/2, строение 9.

В честь рождения сына Василий III повелел в 1531 году выстроить храм Усекновения главы Иоанна Предтечи в Старом Ваганькове, (между Волхонкой и Знаменкой), который был упразднен задолго до революции.

А вскоре после рождения сына Василия III - будущего Ивана Грозного - в Москве на Кулишках появился Ивановский монастырь. Прекрасный вид на его величественные башни открывается из Старосадского переулка. Его соборная церковь освящена во имя Усекновения Главы св. Иоанна Предтечи, и отсюда повелось московское название обители: "Ивановский монастырь, что на Кулишках, под Бором".

Он был основан еще в XV веке, и возможно, ведет свое начало от самой первой московской церкви, построенной в Кремле во имя Рождества Иоанна Предтечи (стоявшей на месте Большого Кремлевского дворца) - отсюда и сохранилось в названии "под бором".

А здесь, на крутой возвышенности близ Кулишков, позднее прозванной Ивановской горкой, монастырь основала, вероятно, мать Ивана Грозного Елена Глинская в честь дня тезоименитства своего сына. Возможно, это сделал и он сам, взойдя на русский престол. Иногда основание монастыря приписывают великому князю Иоанну III, который разбил в этой местности великолепные Государевы сады, увековеченные в названии близлежащего Старосадского переулка. Приблизительно в то же время здесь появилась стройная белая церковь во имя святого равноапостольного князя Владимира в Старых садах. Одна из древнейших в Москве, она была построена в начале XVI века итальянским зодчим Алевизом Новым, архитектором Архангельского собора в Кремле. Заказ на эту церковь и в этой местности был высочайшим.

Место для обители очень подходило для монашеской жизни: монастырь расположился в центре города, но в тишине узких московских улочек, где даже случайные прохожие не нарушали уединение инокинь. И только раз в году здесь было шумно, многолюдно и даже весело.

По одному из последних указов императрицы Елизаветы Ивановский монастырь предназначался для призрения вдов и сирот знатных и заслуженных людей. И сюда, за неприступные монастырские стены, под большим секретом прятали женщин, замешанных в уголовных и политических делах. Их привозили, иногда под видом сумасшедших, прямо из Сыскного приказа или Тайной Канцелярии.

Здесь пребывали в заточении супруга Василия Шуйского, царица Марья, насильно постриженная в монахини; вторая жена старшего сына Ивана Грозного, царевича Иоанна, Пелагия, умершая только в 1620 году. Возможно, что именно здесь провела свои последние 15 лет жизни княжна Августа Тараканова, которую скрывали под именем инокини Досифеи. Как известно, Тараканову считали дочерью Елизаветы Петровны и графа Разумовского, и Екатерина Великая видела в ней угрозу своему пребыванию на русском троне.

Таинственная инокиня Досифея томилась в заточении в Ивановском монастыре с 1785 года. Привезли ее ночью, в карете, закутанную в черное, в сопровождении конных офицеров. Для нее соорудили кирпичный домик рядом с жильем игуменьи и на ее содержание поступали крупные переводы. Она жила в полном одиночестве, в церковь ее водили по ночам, и богослужение тогда совершалось только для нее одной, в запертом храме. В 1810 году Досифея умерла в возрасте 64 лет, и ее с необычной для простой монахини торжественностью похоронили в Новоспасском монастыре - фамильной усыпальнице Романовых. Это только подтверждает догадки о высочайшем происхождении инокини. Хотя по другой версии княжна Тараканова была заточена в Санкт-Петербурге, в Петропавловской крепости, где и скончалась от чахотки.

Здесь же, в сыром монастырском склепе под соборным храмом, а потом в тесной келье, под охраной 33 года провела "мучительница и душегубица" помещица Дарья Салтыкова, заключенная сюда пожизненно по указу той же Екатерины Великой. Она долго сидела в земляном подвале монастыря, полностью лишенная света. Несколько раз в день специально назначенная монахиня приносила ей еду и свечу, которую забирала вместе с посудой. Длительное заточение совсем не изменило характера бывшей помещицы-"людоедки": сквозь решетку окна она отчаянно ругала прохожих, приходивших посмотреть на страшную Салтычиху.

Свою тюрьму она покинула только в гробу. В 1800 году Дарья Салтыкова умерла в возрасте 68 лет и была похоронена на кладбище Донского монастыря.

Во время нашествия Наполеона Ивановский монастырь был сожжен дотла - так что его даже упразднили. Бывшая соборная церковь стала обыкновенной приходской, а в монашеских кельях расположились служащие Синодальной типографии, расположенной неподалеку на Никольской улице. Тогда же были сломаны старые кельи, в их числе и та, где жила Досифея.

Только по ходатайству митрополита Филарета император Александр II разрешил вновь восстановить Ивановский монастырь. В своем современном виде он был выстроен в 1861-1878 году архитектором М.Д.Быковским и в 1879 году освящен. Между тем, уже в 1877 году на территории строящейся обители разместили единственный в Москве лазарет для раненых русско-турецкой войны.

Мрачная история монастыря продолжилась и в XX веке. С 1918 года здесь располагалась пересыльная тюрьма ВЧК, а затем НКВД. Заключенные, улучшив момент, изредка могли бросить из окна записку, где сообщали родным сведения о себе. Надеяться они могли только на случайных и совестливых прохожих...

Автор статьи Елена Лебедева
Источник: http://www.pravoslavie.ru/jurnal/culture/svmos-useknovenie.htm

Пятницкая улица неотделима от переулков, вливающихся в нее, - все вместе это единый исторический комплекс. Эпизоды нелегкой истории запечатлены в названиях переулков. Вот Вишняковский - в память о полковнике Матвее Вишнякове, чей Стрелецкий приказ располагался на этом месте. Здесь, кстати, построена церковь Святой Троицы в Вишняках. Монетчиковы переулки свидетельствуют о том, что тут когда-то существовала слобода мастеров, которые чеканили монеты. В толмачевских переулках некогда обитали царевы толмачи-переводчики. Даже и храмы, выстроенные здесь, носят соответствующие названия: церковь Никиты Мученика в старых Толмачах и св.Николы "в Толмачах".

Пятницкая славна не только своей историей, архитектурой храмов и особняков, но и особой атмосферой, аурой, витающей над нею, которая способствовала появлению здесь выдающихся умов России. Не случайно здесь на многих домах прикреплены памятные доски. Все вместе они могли бы представлять из себя целый пантеон блестящих талантов, а может быть, и гениев, рожденных Россией-Москвой-Замоскворечьем-Пятницкой улицей.
Здесь Иван III опозорил послов Золотой Орды, отказавшись раз и навсегда платить унизительную дань. Сделал это он демонстративно - по тем жестоким временам: приказал казнить всех, кроме одного, чтобы то передал своим ханам, что ига над Русью больше не будет.
На Пятницкой что ни дом, то либо архитектурный перл, либо связан он с какой-то известной фамилией, либо то и другое вместе. Если идти по порядку, от дома на углу к станции метро "Серпуховская", то можно, практически, останавливаться перед каждым зданием.

Вот дом № 2. Здесь жил попечитель Третьяковской галереи, известный пейзажист и импрессионист Игорь Грабарь.

№ 4/2 стр. 1 — Доходный дом храма Усекновения Главы Иоанна Предтечи под Бором (1895, архитектор В. В. Бакарев)

№ 4/2 стр.9 — Колокольня храма Усекновения Главы Иоанна Предтечи под Бором. Сам храм находится западнее, в Черниговском переулке. Там же — Храм свв. блгв. кн. Михаила и боярина Феодора, Черниговских чудотворцев, XVII век.

В доме № 6 жил поэт Лебедев-Кумач. Кто в России не знает его песен "Широка страна моя родная" и "Вставай, страна огромная"?

№ 6/1 — Городская усадьба Еремеевых во владении Саввино-Сторожевского монастыря, XVIII—XIX век. Здесь родился и жил В. И. Лебедев-Кумач
Дом № 8 построен архитектором Михаилом Чичаговым. Несмотря на то, что дом считался "доходным", однако выполнен он с большим искусством, украшен разнообразной лепниной, причем ни на одном этаже не повторяющей рисунок. Семья Чичаговых представляла собой целую династию зодчих. Отец Николай Чичагов всю жизнь реставрировал и поддерживал шедевры Кремля. Брат Михаила Дмитрий возвел здание Московской городской думы (музей Ленина в советское время). Внук старшего Чичагова строил доходные дома.

№ 10 — «Пятницкое подворье» (Доходный дом Н. Г. Григорьева), в основе — жилой дом (палаты) XVIII века (1903—1904, архитектор А. М. Калмыков)

Небольшое строение на Пятницкой, 12 , о котором говорили - "дом крошка в три окошка". Дом-контора купцов Варгиных, постройка 1798—1845, филиал музея Л. Н. Толстого.
Долгое время полагали, что этот дом купца Варгина снял молодой литератор граф Лев Толстой с сестрой, братом и тремя племянниками. Но вряд ли бы им всем хватило места под крышей этого уютного домика. Граф и его родные занимали квартиру в соседнем владении купца на Пятницкой, 16, трехэтажном доме, где семья прожила с октября 1857 года до конца 1858 года.
Молодой граф, поселившись в Замоскворечье, вел светскую жизнь, проводил время в Английском клубе, ресторанах, Большом и Малом театрах, литературных и музыкальных салонах. Надев трико, перепрыгивал через коня и отправлялся с Пятницкой в спортивный зал, где занимался гимнастикой и фехтованием. Толстой ходил на званные обеды и сам их устраивал. У него Фет прочитал перевод трагедии Шекспира "Антоний и Клеопатра" и своими разговорами, как записано в дневнике, "разжег меня к искусству". Спустя две недели на ответном обеде у Фета Толстой прочитал рассказ "Погибший", позднее переименованный в "Альберта".
Побывал Толстой на званном обеде в Купеческом собрании, устроенном по случаю рескрипта императора, начавшего процесс отмены крепостного права. Тот либеральный обед назвали "первым выражением свободы чувств". На нем богатейший промышленник, меценат, общественный деятель и публицист в одном лице - Василий Кокорев поднял тост "за людей, которые будут содействовать нашему выходу на открытый путь гражданственности". На этом пути московский купец, опередив американцев, первым в мире основал нефтяные промыслы на Кавказе, привлек в качестве эксперта гениального Менделеева. Кокорев рьяно утверждал "русский стиль" в архитектуре на улицах Москвы. Он построил на Софийской набережной крупнейшее здание своего времени - гостиницу "Кокоревское подворье" с торговыми помещениями. И писал слова, которые, кажется, сказаны вчера: "Пора государственной мысли перестать блуждать вне своей земли, пора прекратить поиски экономических основ за пределами отечества и засорять насильственными пересадками их на родную почву; пора, давно пора возвратиться домой и познать в своих людях силу."
Светская жизнь начиналась после полудня, длилась вечером и ночью. А с утра на свежую голову Лев Толстой писал повесть "Казаки", рассказы, письма и дневник. Лев Толстой неоднократно описывал уличную московскую жизнь, которая протекала на его глазах. Тишину кабинета ранним утром нарушал скрип колес, звон Параскевы Пятницы, церквей в соседних переулках. Картина за окном переводилась на страницы "Казаков".
Портики с колоннадами, выполненные в классическом стиле, украшали дома богатых фабрикантов и купцов, выстроенные в конце XVIII - начале XIX веков.

№ 14 — Городская усадьба XVIII—XIX веков

Это - дома № 18, 19, 31. Впрочем, вкупе с другими постройками они представляют из себя целые городские усадьбы. Комплексы эти настолько своеобразны, что ныне занесены в реестр памятников московской архитектуры.

№ 18 — Усадьба М. П. Глазунова, XVIII—XIX веков

№ 18 (во дворе) — Доходный дом (1913, арх. Н. Д. Струков)

№ 20 — Доходный дом (1911, арх. С. М. Жаров)

№ 26/7 — крупнейший в Замоскворечье Храм Священномученика Климента, Папы Римского. Архитектурные обмеры храма произвёл в 1932 году архитектор С. Ф. Кулагин.

№ 30 — Городская усадьба XVIII—XIX веков

№ 42, 44, 46 — Дома XIX века

Двухэтажный дом с мезонином на Пятницкой, 46, считается "рядовой застройкой Замоскворечья первой трети XIX века".
По этому адресу, согласно адресно-справочной книге "Вся Москва" значилась "Протозанова Фрида Вас., ж. п. п. гр.", то есть жена потомственного почетного гражданина. И здесь проживал некто "Як. Алдр. Протозанов". Без упоминания последнего не обходится ни одна энциклопедия, потому что жителем улицы до 1918 года был великий кинорежиссер Яков Александрович Протазанов. Он получил образование в Московском коммерческом училище. Но коммерции предпочел "великого немого" и успел снять до революции восемьдесят фильмов, экранизировав "Войну и мир", "Бесы", "Пиковую даму". В его картинах главные роли исполнял самый выдающийся русский киноактер того времени Иван Мозжухин. Оба - эмигрировали. Мозжухин остался во Франции. Протазанов вернулся в Москву и создал такие шедевры немого кино, как "Закройщик из Торжка", "Праздник святого Йоргена". Он снимал фильмы с 1907 по 1943 год. Его шедевры и сегодня можно смотреть с увлечением.
В средние века улицу называли Ленивкой. Здесь прямо с возов бойко торговали провизией и всякой всячиной. Впрочем, позже, когда улицу уже именовали Пятницкой, здесь по традиции селились крупные купцы и торговцы. Славится она и сегодня - маленькие магазинчики перемежаются многочисленными кафе, трактирами, чебуречными, ресторанами и т.д. Здесь можно заказать блюда на любой, даже самый экзотический вкус. Однако и для меломанов, театралов на Пятницкой есть что посмотреть и послушать. Здесь расположена государственная капелла, а также "Театр Луны", труппа которого заявила о себе спектаклями необычной режиссуры и артистического мастерства исполнителей.
По Пятницкой улице можно бродить часами, заглядывая в уютные дворики, любуясь старинными кованными оградами, лепниной и барельефами на стенах особняков, слегка удивляясь тому, как органично "вписались" в эту древность филиалы крупнейших банков России. И как бы долго ни длилась прогулка, все время будешь открывать что-то новое и неожиданное. Потому что Пятницкая - сама открытие. Истории. Архитектуры. Культурного наследия. Отечества. И - современного его бытия…

№ 48 — Городская усадьба начала XIX века, в настоящее время Институт астрономии РАН

№ 54 — Дом в стиле модерн с сине-зелёным майоликовым фронтоном. 1912—1914, арх. С. А. Сурков

В 1896г. владелица «Ирина Галактионовна без фамилии», по проекту архитектора С.В.Шервуда заново строит здание в формах эклектики с использованием классических и древнерусских архитектурных элементов.
В 1897г. еще недостроенное владение приобрела жена московского купца Минна Ивановна Рекк, принадлежавшая к семье известных московских предпринимателей немецкого происхождения. Именно по ее инициативе произведено радикальное изменение облика всего владения.
В том же 1897г. М.И. Рекк подала прошение в Городскую Управу о разрешении построить на месте прежних владений - построек двухэтажное каменное жилое здание. Новое здание было построено С.В.Шервудом как дворец в стиле позднего модернизма. Отсюда его монументальные формы и насыщенность декоративными элементами интерьеров.